Камень Трокентана. Книга 1 [СИ] - Павел Ан

гному, с которым в отличие от его почтенных сородичей, ей было куда проще общаться.

— Я должен быть готов к любым опасностям, мой долг оберегать вас.

— «Но Коли» — сказала Антелин. Мы ведь идём в горы, и никто из нас не берёт с собой доспехи, даже твои сородичи, так как у нас и без этого много снаряжения, нам итак будет весьма непросто идти.

— «Мы гномы — очень выносливый народ» — сказал Коли. К тому же я воин, а не исследователь, и я должен вас защищать, даже если мне придется для этого ходить по горам в доспехах.

Антелин не стала ничего ему говорить по этому поводу, зная упрямство гномов, хотя, она переживала, что у Коли могут кончиться силы в самый неподходящий момент. Он был племянник короля и доспехи его и оружие непростой работы, а может даже работы древних мастеров, и уж конечно, он ни за что не бросит их в горах, даже если уже не сможет дальше идти.

Пройдя немного по коридору, они вышли к внешней гномьей заставе. Она располагалась в небольшой благоустроенной пещере перед входом в бывший рудник, откуда и была случайно прорублена дорога в тоннели гномов. Теперь в этой пещере располагалось караульное помещение.

Северный вход в Карандор был не таким укрепленным, как древний, можно даже сказать совсем не укреплённый. Поэтом, его всегда охраняло довольно много стражников, большинство из которых просто сидело в этом чертоге. Стражники узнали Коли, и немного поговорив с ним, без проблем пропустили их дальше. Пройдя по галерее, они подошли к большим железным воротам. Это были последние ворота перед заставой салмин, граница подземного царства.

Днём ворота были открыты и люди могли спокойно проходить через них в гостевой чертог, где можно было проводить весь день. Если человек хотел остаться ночевать в городе, он должен бы записаться в специальную книгу на постоялом дворе в гостевом чертоге. На ночь ворота в город запирали, и вход и выход через них был запрещён даже гномам.

Дальше по коридору, который был уже облагороженным бывшим медным рудником людей, стояли точно такие же оббитые железом ворота со стороны салмин. За этими воротами, на небольшом расстояние, располагались ещё одни массивные ворота, а потом ещё одни уже перед выходом наружу. На ночь все трое ворот закрывались, а в пространстве между ними оставляли караулы салмин. Ночью они также никого не впускали в город и не выпускали наружу.

Близилось время закрытия ворот. На гномьей заставе уже сменился караул, и гномы уже принялись закрывать на ночь внешние ворота.

«Поторопитесь» — сказал одних из них, видимо старшина. Салмин уже, наверное, закрыли ворота, можете и не успеть. Мы пока немного подождём запирать, если у них уже закрыто, то возвращайтесь, переночуете до утра в гостевом чертоге.

Глава 12

…Не великое дело вылавливать Пигми среди лесов, храбрец идёт к заходящему солнцу, где Роми встретят тебя среди степи, многолюдство твоего рода не устрашит их, и даже кухарка выйдет воевать с тобой…

(сказания народов Малкон)

Поблагодарив гнома, они поспешно пошли наверх. Вскоре, впереди показались первые ворота, охраняемые уже караулом людей, одна из створок которых была ещё открыта. С внешней стороны ворот стояла старшина салмин, одетая в доспехи, видимо она была начальницей караула между этими и следующими воротами. Она заслышала шум со стороны гномьих ворот и теперь ждала путников.

— «Вы специально ждали!» — воскликнула она сердито. Весь день вход свободен, ходи не хочу, а тут, когда уже всё закрывают, вы соизволили выходить!

— «Прошу прощение за задержку» — вежливо ответила Антелин. У нас важное поручение, и мы не можем ждать до утра, увы, нас задержали дела, а то бы мы вышли раньше. Она сунула старшине соответствующую бумагу.

Та быстро пробежал по ней глазами и, отдав обратно, зашла в ворота подав знак идти за собой. Как только они вошли, ворота за ними тут же были закрыты. Пространство за воротами, в отличие от бывшего ранее коридора, было несколько расширено. Немного в стороне, возле стены, горел костёр, возле которого сидело большинство находящихся в этой части тоннеля стражников. Они о чём-то оживлённо разговаривали, не обращая внимания на путников.

Тоннель поднимался вверх и немного поворачивал налево. Вскоре, впереди показались наглухо закрытые, оббитые железом воротами. Перед воротами, в полутьме, сидели две стражницы, которые встали при приближение старшины.

«Уже закрыли?» — осведомилась у них старшина. Рано ещё, вечно они каждый день закрывают по-разному, когда им вздумается, совсем ни по времени. У меня тут важные посланники, а ну стучите им в ворота, пусть открывают. Одна из стражниц взяла лежащее рядом с воротами медное, увесистое било и размахнувшись ударила в специальную пластину на воротах. Раздался низкий гул.

Стражница ударила ещё два раза, но ворота не открывались.

«Мастакен» — выругалась старшина. Ну я им покажу, хоть всё ночь будем стучать, бей ещё, пока не откроют.

Стражница принялась опять стучать в ворота. Наконец, в створке ворот открылось небольшое перекрытое железной сеткой окошко, откуда послышался недовольный женский голос.

— Чего стучите! Гони в шею этих гномов, нечего по ночам ходить, никого не пропущу, мне потом выговоры за них! Солнце уже давно село, пусть идут к себе в город!

— «Тут не только гномы!» — закричала в ответ старшина. У меня тут ещё две посланницы из Миррина, говорят дело срочное, такое, что в ночь едут, у них грамота с печатью нашей наместницы.

Наступила пауза.

— Чего вам там в Миррине не сидится, шастают тут по ночам и в мою смену, сговорились что ли, печать у них, пошлю вас в город гномов спать и жалуйтесь на меня кому хотите, будете у меня знать!

Но не смотря на это послышался шум отпираемых изнутри засовов, и вскоре створка ворот приоткрылась. За ней стояла другая старшина салмин с очень недовольным видом. Антелин хотела было протянуть ей соответствующую бумагу, но та сердито на них заорала.

Чего стоите и ждёте! А ну живо проходите! И это в последний раз, в другой раз даже не пытайтесь, в горе ночуйте!

Они быстро пошли к другим воротам. Ворота, через которые они прошли, тут же за ними закрылись. Старшина салмин шла за ними, подгоняя их своим ворчанием.

Живее! Чума вас побери, плететесь как на прогулке!

Алорон не понравилось такое обращение, и она остановилась, желая поставить на место заносчивую салмин, так как негоже ей было позволять